Украина: парадокс нерождённой нации

20.04.2023г.


https://cont.ws/uploads/pic/2023/4/1...2ec95.jpg.webp

Натравливая Украину на Россию, США первоначально полагали, что Украина рухнет в течение нескольких недель в результате широкомасштабной российской военной операции. Поэтому их планы поначалу исключали военную помощь Киеву
Вашингтон предполагал сосредоточиться на экономических санкциях против России и на её политической изоляции, полагая, что этих двух рычагов будет достаточно, чтобы заставить Москву признать поражение в схватке с Западом в течение полугода-года.
США быстро выяснили, что санкции не будут работать так, как они полагали, и что политической изоляции России достичь не удастся, но, вопреки здравому смыслу, несильно расстроились, не стали искать путь к примирению, а сделали ставку на поражение Москвы на поле боя, о чём радостно сообщили всему миру.
Многие до сих пор указывают на эту нестыковку как на свидетельство неадекватности американского политического планирования. И правда, как это они умудрились моментально переоценить способность Украины к сопротивлению, так что несколько недель до катастрофы превратились в возможность победы на поле боя?
Теперь-то Вашингтон в эту «победу» уже не верит и вновь лихорадочно ищет выход из положения, то запугивая Россию европейской войной, то зондируя почву насчёт сепаратного перемирия ценой неформальной (без юридического признания) уступки России Америкой части бывших украинских территорий, уже и так вошедших в состав России. Но ведь верил же. И довольно долго верил. Практически до конца января 2023 года.
Конечно, уровень американских политиков и дипломатов критически снизился за последние тридцать лет, но в распоряжении США остались вполне профессиональные частные аналитические центры, государственные разведывательные службы и, наконец, военные, которые, может быть, и не гениальны, но простому расчёту потенциалов враждующих сторон обучены — не бог весть какая сложность. Откуда же эта критическая ошибка, стоящая США практически моментальной потери надежды на победу в глобальном противостоянии?
В теории расчёт США был верен. Для начала американцы обнаружили, что Россия решила не воевать с Украиной в американском стиле, опробованном на Югославии, Ираке и других несчастных, а при помощи военной демонстрации поддержать украинскую оппозицию, обеспечить приход к власти адекватного режима, который выстроил бы с Москвой нормальные отношения и убрать таким образом натовскую угрозу от своих границ, не разрушая Украину.
Конечно, такого подарка в Вашингтоне не ожидали и очень ему обрадовались. Ведь в результате режим Зеленского получил возможность провести развёртывание своих вооружённых сил, мобилизацию, создать на фронте огромный численный перевес и даже перейти во второй половине 2022 года в контрнаступление на отдельных участках фронта. Американцы же получили время для срочного вооружения украинской армии. Неожиданно возникшая возможность организованного сопротивления Украины должна была компенсировать США провал их плана по финансово-экономическому блицкригу против России.


Простые расчёты показывали, что хоть на Украине и нет номинальных сорока двух миллионов, заявляемых Киевом жителей, но миллионов 30–35 граждан на подконтрольных киевскому режиму территориях на начало спецоперации должно было проживать. Обычно предельно возможной считается мобилизация 10% от общей численности населения страны (в данном случае это давало 3–3,5 миллиона человек). Но страны, решившие ради победы пожертвовать собственной экономикой и перешедшие на содержание союзников (как, например, Болгария в первой мировой войне), умудрялись мобилизовывать и 20–25% от общей численности населения.
Бывали случаи мобилизации и 30% и даже 50% от общей численности граждан страны, но это были уж совершенно исключительный ситуации (вроде Парагвайской войны 1864–1870 годов). Рассчитывать на такой уровень мобилизации не приходилось, но американцы оценивали украинский мобилизационный потенциал в 3–5 миллионов человек (склоняясь к нижней цифре). Украинские политики заявляли, что способны мобилизовать 5–6 миллионов человек.
Даже три миллиона — это для имеющихся условий очень много. На сегодня, после года боёв украинские потери оцениваются примерно в 300–400 тысяч общих (убитых, раненных и выбывших по иным причинам), тысяч 200 безвозвратных из которых 100–150 тысяч убитыми. Возможно, эта оценка занижена (хоть в целом с определёнными допусками с ней согласны и американские и российские военные, а неофициально и украинские), но даже если принять безвозвратные потери Украины за 14 месяцев боёв в 300 тысяч человек, то это всего 10% от трёх миллионов, или 6% от пяти миллионов.
То есть до того момента, как потери станут критичными, Украина должна была провоевать 3–4 года. За это время безвозвратные потери должны были достигнуть 30% личного состава, и ВСУ начали бы резко терять боеспособность. Наличие боеприпасов оценивалось как достаточное для ведения интенсивных боевых действий в течение не менее чем двух лет.
Аналогичным образом значительно переоценивалась возможность введения в строй техники, содержащейся на базах хранения. Единственная проблема, которая оценивалась достаточно объективно, — российское господство в воздухе, которое предполагалось компенсировать эшелонированной ПВО и массированным использованием беспилотников, включая ударные.
Свои технические возможности и обеспеченность боеприпасами Украина и сама переоценивала. Никто в Киеве просто не представлял себе реальную картину с разворовыванием военного имущества. Человеческий потенциал в районе 30 миллионов граждан наличествовал. Отсюда и производились все расчёты. И расчёты эти показывали, что в первый же год Украина сможет создать на фронте тотальное численное превосходство над российской армией и удерживать его не менее двух-трёх лет, проводя при этом активные наступательные операции.
США рассчитывали, что Россия будет вынуждена, для сохранения баланса сил мобилизовать не менее 2–3 миллионов человек. Неслучайно примерно такие цифры озвучивались нашими доморощенными сторонниками тотальной мобилизации, которые легко поддались американским информационным диверсиям и уже полгода ждут вторую, третью и так далее волны мобилизации.
Даже когда выяснилось реальное состояние украинских оружейных складов и проявилась критическая нехватка боеприпасов, в Вашингтоне считали, что главное — наличие людей, а технику и боеприпасы можно найти, если и не в достаточном, то в приличном количестве. Нехватка же технического оснащения будет компенсирована численностью.
Кстати, Бахмут показал, что эта концепция, в принципе, работает. Если у вас есть достаточное количество пушечного мяса, которое не жаль бросить на убой, то можно сдерживать технически превосходящего, но численно уступающего противника до тех пор, пока не исчерпаются людские резервы. Пока Украина могла каждые день бросать в бой всё новых мобилизованных вместо погибших, продвижение было очень медленным, а периодически и вовсе останавливалось. Чтобы понять, как видели эту войну в Вашингтоне, надо просто масштабировать Бахмут на весь фронт.
В 2022 году США и вовсе рассчитывали нанести российской армии на Украине поражение за счёт подавляющей численности ВСУ. Подчеркну, что США не надеялись на успешное наступление Украины на территорию России (даже в Крым). Максимум, на что они рассчитывали, что Киев сможет установить контроль над своей границей (по состоянию на 2013 год) везде, включая Донбасс, кроме Крыма.
США пытались применить на Украине швейцарскую концепцию национальной обороны конца ХХ века, согласно которой массовая армия (в Швейцарии — вооружённый народ) в рамках тотальной войны по всей национальной территории (включая крупные города) создаёт технически превосходящему противнику неприемлемые условия победы. Эти неприемлемые условия включают как слишком высокие собственные потери противника, так и необходимость воевать практически со всем народом, или хотя бы с его мужской частью.
Помните, как по приказу Зеленского в первые дни СВО в крупных городах Украины оружие раздавалось кому попало десятками тысяч единиц? Тогда же массово создавались части и соединения территориальной обороны. Это и была попытка реализовать концепцию вооружённого народа.
В 2022 году американцам показалось, что у них получилось. Россия начала частичную мобилизацию только в сентябре. Украина к этому времени поставила под ружьё до семисот тысяч человек, получила 4–5-кратное превосходство по всему фронту, что позволило остановить российское наступление, а кое где провести ограниченные контрнаступательные операции. При этом Киев не собирался останавливать мобилизацию и осенью 2022 года объявил о намерении дополнительно мобилизовать в 2023 году ещё около миллиона человек.
Это укладывалось в заявленную численность украинского населения, подконтрольного Зеленскому, и позволяло американцам надеяться, что в результате массовой утилизации граждан Украины они смогут поставить Россию перед выбором: либо допустить стабилизацию фронта и переход к длительной позиционной войне (что развязало бы американцам руки на китайском направлении), либо массовую мобилизацию для выравнивая численности войск и попытки прорвать фронт и завершить боевые действия в ходе одной-двух глубоких операций (что создало бы трудности для российской экономики и снизило бы уровень жизни граждан, создавая условия для социальной дестабилизации).
Вот тут-то и выяснилось, что если проблемы с техникой и особенно с расходными материалами, включая боеприпасы, США ещё как-то могут решать, закупая их для Украины по всему миру, то проблема поддержания (тем более наращивания) численности ВСУ нерешаема. Ни о каком миллионе новых мобилизованных и речи не идёт.
Даже самые оптимистично оценивающие состояние ВСУ источники говорят о том, что Киев смог мобилизовать 400–500 тысяч человек, из которых 100 тысяч уже потеряны. Собственно, украинские и американские источники оценивают результаты мобилизации 2023 года гораздо пессимистичнее. Уже в феврале оценка общей численности силовых структур Украины снизилась с 900 тысяч до 700 тысяч человек. Соответственно, оценка численности ВСУ упала до 500 тысяч человек, из которых 350 тысяч непосредственно на фронте. Остальные примерно поровну распределены между стратегическими резервом, подготовленным для наступления и войсками, охраняющими границу Украины от Блегорода до Чернигова и далее до польской границы.
В начале апреля Зеленский поручил мобилизовать дополнительно сто тысяч человек, но пока никаких докладов об успехах очередной волны мобилизации не поступало. Наоборот, украинские военные жалуются на то, что новое пополнение мало того, что прибывает необученным (через пару дней после поимки на улице уже на фронте), так ещё и не восполняет потерь, которые несут войска. То есть армия продолжает сокращаться численно и ухудшаться качественно.
Именно поэтому от оптимистичных оценок о ведении с Россией на Украине войны на истощение, американцы внезапно в феврале текущего года перешли к рассказам о том, что для Украины лето-осень текущего года будут критичны. Действительно, при текущих «успехах» мобилизации и уровне потерь к осени ВСУ могут исчерпать все свои резервы, после чего любой прорыв фронта становится для Киева критичным.
В чём же ошиблись американцы? Куда же делись миллионы украинских «патриотов»?
Американцы допустили ту же ошибку, которую допускают и многие российские эксперты. Они приняли бумажную, «созданную» пропагандой украинскую нацию за настоящую. Между тем, если бы они прислушались к тому, что говорили «украинцы» на своих майданах и в промежутках между ними, они бы услышали, что те называют себя «европейской нацией», а целью видят «евроинтеграцию». Именно евроинтеграцию, а не создание собственного процветающего украинского государства.
Американцев подвело то, что долгое время им помогало. Именно желание «украинцев» быть «европейцами» обеспечивало наплевательское отношение к собственному государству, которое можно спокойно разрушать на майданах. Ведь оно же никому не нужно — в Европе и так государств много, а жить в Чехии, Германии или Испании в любом случае лучше, чем на Украине. Почитайте в социальных сетях, как украинские «патриоты», уже успевшие лично интегрироваться в ЕС, хвастаются своим новым местом жительства перед теми, кому пока не повезло остаться на Украине, и вы всё поймёте.
Украинцы не швейцарцы, которые отстояли свою независимость от австрийцев, савойцев, бургундцев, французов. Которые никуда не собирались «евроинтегрироватсья», а строили свою Швейцарию, начиная с первоначальных трёх нищих лесных кантонов. Украинцы не американцы, отстоявшие свою независимость от тогдашней глобальной Британской империи. Украинцы — бывшие русские, так захотевшие стать европейцами, что перестали быть русскими. Среди них некоторое количество ушибленных патриотов «нэнькы», но большая их часть ненавидит Россию потому, что считает, что именно злокозненная Москва препятствует им стать европейцами и зажить припеваючи.

Запад с началом СВО необдуманно открыл двери для украинских беженцев. Американцы рассчитывали, что 2–3 миллиона «активистов» (а точнее «активисток»), которые переберутся в Европу создадут достаточное информационное давление, чтобы убедить европейцев, что на Украине происходит «геноцид молодой нации», при этом существенно не повлияв на мобилизационный потенциал страны.
Но быстро выяснилось, что не менее 50% от наличных на начало СВО украинских граждан воспользовались случаем для того, чтобы Украину покинуть. Треть из них перебралась в Россию (большая часть вместе с территориями), а две трети (без территорий) лично интегрировались в Европу.
Получилось, что если на начало СВО реальный мобилизационный потенциал Украины оценивался в три миллиона человек (завышенный в пять), то после эмиграции половины от первоначально имевшихся граждан, он сократился примерно до полутора миллионов. При этом мы помним, что уже к концу осени прошлого года Украина имела под ружьём не менее 900 тысяч человек.
К тому времени все желающие и не очень желающие уже были на фронте. Но последующие пять месяцев мобилизация, хоть и с большими проблемами, тоже шла. Если соотнести примерное количество имеющихся в наличии активных штыков и примерную оценку потерь, то получится, что Украина уже мобилизовала миллион сто — миллион двести тысяч человек. То есть мобилизационный потенциал практически исчерпан. Оставшиеся либо просто не хотят воевать, либо хотят, но на стороне России против Украины. А ещё полтора миллиона потенциальных «защитников нэнькы» находится либо на освобождённых территориях, либо уже в Европе. Из них в странах ЕС (по их собственной оценке) не менее миллиона годных к службе украинцев.
В общем, «молодая нация» не захотела защищать независимость, умирать за своё государство и тем самым похоронила все американские расчёты на втягивание России в длительную войну на истощение. Теперь Вашингтону приходится уговаривать повоевать с Россией поляков. Но что интересно, войны ещё нет, а тридцать процентов опрощенных поляков уже заявили о том, что вместо защиты родины они, в случае конфликта с Россией, эмигрируют дальше в ЕС. Наверное тесное общение с украинцами повлияло.
Так что, в голых цифрах у американцев всё хорошо складывалось, но непредвиденно сыграл человеческий фактор.

Ростислав Ищенко